По следам моего доклада на XXIX Никоновских чтениях, Международной научно-практической конференции «Доходность сельского хозяйства в нестабильной экономике: измерение и пути повышения». Организаторы: ВИАПИ имени А.А. Никонова, Вольное экономическое общество России, экономический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова. Москва, экономический факультет МГУ, 21-22.10.2024г.

Как известно, мясное скотоводство в стране, заявлено как приоритетное направление развития в АПК. Однако, по данным МСХ России рентабельность мясного скотоводства остается достаточно низкой и составляет всего 2,5% с учетом получаемых от государства субсидий. (По факту в отрицательной зоне!). Лидеры производства специализированной говядины, также испытывают трудности и пока фиксируют убытки…

Значительное время в отрасли мясного скотоводства нет новых проектов, а те, кто заявлялись, либо не состоялись, либо столкнулись с реальностью несоответствия плана.

В структуре кредитного портфеля в рамках кредитного льготного кредитования за 2023 год на мясное скотоводство пришлось всего 0,4%, что означает невероятно низкую инвестиционную активность.

Внимание к отрасли со стороны государства на федеральном и региональном уровне низкое, что также сигнализирует в целом об отношении к перспективам развития.

При всем при этом, производство мяса говядины растет год от года и снижение спроса на данный вид мяса не прогнозируется.

Мы еще остаемся импортозависимыми, хотя необходимо отдать должное за последние 15 лет сокращение данной зависимости произошло существенное и составило более чем в три раза с 900 тонн до 300 тонн в год.

По данным Россельхознадзора, Россия в 2023 году купила говядины — около 300 тысяч тонн, основные поставщики Республика Беларусь, Бразилия, Парагвай, Аргентина.

Для преодоления импорта собственными ресурсами требуется дополнительно увеличить маточное поголовье мясного КРС примерно на 1,2 млн коров, т.е. в 2 раза.

В настоящее время, производство говядины обеспечены молочным и мясным скотоводством, которые по факту две разные отрасли. Однако, за последние 15 лет производство специализированной говядины от мясных коров выросло с 2 до 20%

Необходимо отметить, что наблюдается ежегодное уменьшение поголовья. По данным Росстата, на конец января 2023 года общее поголовье крупного рогатого скота в России составляло 17,5 млн голов (на 0,8% меньше по сравнению с соответствующей датой предыдущего года). В частности, поголовье коров — снизилось   до 7,7 млн (–0,6%).

Идет снижение поголовья в молочном скотоводстве, по разным причина, в том числе по причине повышения количества удоев с одной коровы, переходом на сексированное осеменение и производства целенаправленно телочек и т.д.

Т.е. мы понимаем, что вопрос импортозамещения и тем более вопрос экспорта мяса говядины (а такая задача может и должна возникнуть потому как говядины в мире просто не хватает) лежит в плоскости отрасли мясного скотоводства.

Для того, чтобы перейти к деталям и разбору обстоятельств, указывающие на доходность в мясном скотоводстве, необходимо зафиксировать некоторые результаты отрасли мясного скотоводства за 15 лет (2009-2024гг.), а именно:

1. Технологическое оснащение отрасли неравномерно. Перекос инвестиций в сторону откорма и переработки. Уже введенные в эксплуатацию инфраструктурные отраслевые объекты (откормочные площадки, убой с переработкой) превышают возможности. Однако, созданная отраслевая инфраструктура дала возможность кардинальным образом отмежеваться от говядины молочных коров;

2. Остаемся зависимы от импорта говядины ежегодно на уровне 300 тыс.т.;

3. Ежегодный дефицит бычков на откорм составляет более 200 тыс. голов. Конкуренция заготовителей за сырье обостряют цены на молодняк на откорм и уже сейчас цена заметно выросла и перевалила за 300 руб. и более без НДС за кг.ж.в.;

4. Потенциал экспортных поставок в живом скоте и мясе превышает возможности отрасли;

5. Себестоимость теленка у малых форм хозяйствования существенно дешевле, чем у крупных хозяйств и Агрохолдингов;

6. Многие хозяйства ушли с рынка или обанкротились, прежде всего те, кто пытался заниматься стадией производство молодняка. Объективный фактор производства молодняка в сторону малых форм (до 100 голов) на этапе «корова-теленок»;

7. Ветеринарная обстановка из-за ящура, образовала разные зоны ветеринарной безопасности, которые фактически разделяют и ограничивают внутренний рынок продукции, а также снижают возможности экспорта продукции АПК;

8. Малые формы хозяйствования при всем преимуществе не могут в одиночку обеспечить себя комплексом необходимых компетенций, а продекларированная отраслевая кооперация в 2018 году между крупным и малым бизнесом осталась нереализованной;

9. Индустриализация мясной коровы, по примеру молочной коровы, птице и свинье по производству телят – не состоялась, а доступные инвестиции «входа в отрасль», практически отсутствуют.

Теперь давайте разбираться, что и как считаем в отрасли мясного скотоводства. Для того, чтобы сделать правильный анализ, необходимо ответить всего на три вопроса:

1. Применяемая технология;

2. Организация производства;

3. Отраслевые и экономические показатели.

Исходя из этого в процессе производства мясного скотоводства можно выделить несколько основных технологических этапов, более известных как:

I Этап «корова-теленок»;

II Этап «доращивание»;

III Этап «откорм»;

IV Этап «убой и переработка»;

V Этап «сбыт».

Разные этапы – глубокое разделение технологического производственного процесса.           По сути – разный и отдельный бизнес в отраслевой цепочке!

По факту необходимо четкое разделение производства молодняка и непосредственно мяса. Сроки производственных циклов также можно увидеть на рисунке и придать этому должное внимание.

У каждого этапа есть свои особенности и нюансы. Например, у мясной фермы с небольшим количеством коров (до 100), годовой цикл производства продукции (молодняк отъемный), составляет примерно годовой цикл (от осени до осени). Затраты на производство составляют примерно 25-30 тыс. руб. на одну корову с теленком, включая корма, ветеринарию и накладные расходы, при вложении в основные средства порядка 10-15 млн. руб. У крупных хозяйств себестоимость составляет на уроне 75 тыс. руб. и выше., при условии больших инвестиционных затрат. Основное отличие малых форм от крупного хозяйства, это выход и сохранность телят, отсутствие зарплат персоналу и административные издержки. По такой технологии сейчас работают фермеры, организовавшие свой потребительский кооператив в Вологодской области (в Никольском районе).

Что касается откорма и убоя с переработкой, то тут уже существенную роль играет масштаб сырьевого потока. Известно, что откорм имеет точку безубыточности на уровне 5 тыс. голов одновременного содержания с годовым коэффициентом в 2,5. Не каждое хозяйство себе это может позволить в качестве гарантированных и качественных поставок. Что касается переработки, то тут экономика от сотни голов за смену и уровня глубокой переработки и самого сбыта.

Откормочники, заводы по убою и переработки, как я уже указал, у нас в стране созданы и очень даже, не плохие. Вопросы экономики данных этапов оставим для других специалистов, потому как корректным будет считаться достижение проектной мощности данных производственных этапов, которые как мы видим пока не достигнуты.

Таким образом, основным фактором, снижающим уровень рентабельности отрасли мясного скотоводства, является отсутствие в необходимом количестве коров и молодняка на откорм, а также спрос на маточное поголовье.

Признанием данного факта, а также, что сама отрасль нуждается в разделении (учете) как минимум на производство молодняка и производство самого мяса, дала бы совершенно иную картинку для дальнейшего анализа. Более того, появилась бы возможность искать правильный ответ на вопрос, что необходимо делать для исправления ситуации.

Кто сделает первый шаг?

Один из главных выводов проблематики в отрасли, можно выделить неудачи в производства молодняка (этапа «корова-теленок), практически у большинства участников отрасли. Как следствие, мы имеем, низкую инвестиционную привлекательность для роста маточного поголовья и получения молодняка, как сырьевую базу для откорма КРС на убой.

Основная причина провала крупного бизнеса, «отказ» мясной коровы индустриализироваться по примеру молочной коровы, птице и свинье. Мировой опыт прямо указывает на малые формы хозяйствования (МФХ) на фазе «корова-теленок», где они являются основной эффективной формой ведения хозяйства на стадии производства молодняка.

В последнее время наступило понимание, что в адаптивной модели мясного скотоводства России, крупный бизнес и малые формы хозяйствования обречены на взаимодействие и кооперацию. Необходимо использовать еще один шанс, несмотря на неудачу 2018 года, когда такая попытка была предпринята ключевыми игроками отрасли.

Для попытки осмыслить возможности построения такого сотрудничества и взаимодействия, необходимо обратить внимание на следующее:

Видимо «невидимая рука рынка» при явном дефиците в отрасли мясного скотоводства никак не может решить проблему. Наверно выгоднее в такой ситуации декларировать «неэффективность» отрасли…

Надо отдать должное, что более прагматично и серьезно подошли к похожей проблеме в ГК «ЭФКО», которые потратили серьезные материальные и временные ресурсы для разбора понимания построения отношений как с жителями сельской местности, так и построении своей отраслевой кооперации у себя в масложировой отрасли.

По данным экономического факультета МГУ и той же ГК «ЭФКО» у жителей России два представления: коллективное и индивидуалистическое. И соотношение их 75 на 25%%. Большая часть населения (коллективное) просто не вписывается в существующую модель экономики и не может себя там проявить в должной мере.

Известно, что в мировой практике существует два типа различных решений развития сельского хозяйства. Первая связана с формированием крупномасштабных организаций, базирующегося на наемном труде селян, лишенных земли и других средств производства. Вторая основывается на независимых малых формах хозяйствования (МФХ) с решающей ролью семейного труда и капитала, которые формирую значительную часть мелкотоварного производства (сырья) и встроены в продовольственные цепочки, формируемые крупным агробизнесом на основе контрактации, кооперации, иных мер координации и формирования логистических сетей/цепочек.

Сегодня в России преобладает именно первый тип решения. Хотя, мировой опыт доказывает, что только при соблюдении баланса между крупным и малым агробизнесом на определенных этапах производства, возможно достичь поставленных целей развития АПК и повысить его уровень конкурентоспособности на мировом агрорынке. И сделать этот баланс можно и нужно на основе включения «коллективной» части населения с учетом тех методов и инструментов, которые помогают сделать это эффективным образом.