«Ужасная перспектива»: война на Ближнем Востоке может привести к мировому голоду

Ормузский пролив — очень узкая артерия, через которую идет треть мирового экспорта. И дело не только в нефти. Мировые цены на удобрения взлетели до небес. В Европе многие фермеры уже готовы отказаться от посева зерновых, ведь дело становится просто нерентабельным. Волна забастовок прокатилась по Нидерландам, Италии, Германии и Польше. В случае с удобрениями работает эффект домино: даже небольшое сокращение использования удобрений может привести к очень большому снижению урожайности. А следовательно, к росту цен на хлеб, крупы, мясо и молоко.

Во французском Сент-Этьене фермеры сбросили к зданию местной администрации кучу мусора и навоза. Ароматная демонстрация ситуации, в которой сейчас находятся аграрии. Вена тонет в гуле толпы и реве тракторов. Собрав в центре города тысячи человек и сотни единиц сельхозтехники, фермеры пытаются докричаться до властей.

Аналогичная ситуация по всей Европе, начиная от Ирландии и заканчивая Эстонией. Война на Ближнем Востоке нанесла двойной удар по аграриям: выросли цены и на топливо для сельхозтехники, и на удобрения. У Дирка Питерса 2500 гектаров пахотных земель недалеко от Берлина. Четыре поколения его семьи выращивали рожь, пшеницу, ячмень. Теперь все может рухнуть за один сезон.

Дирк Питерс, фермер (Германия): «Нашим посевам в поле сейчас нужен азот, и чем скорее, тем лучше».

Раньше он бы просто купил удобрения у местного завода, но тот приостановил работу из-за нерентабельности. Ведь чтобы сделать те же азотные добавки, нужен природный газ.

Дирк Питерс: «Я знаю фермеров, которые до сих пор не получили ни одного килограмма азота на свои хозяйства».

Второй вариант для Дирка — закупить из-за границы. Но тогда, во-первых, себестоимость продукции вырастет еще.

Айк Хамер, экономист: «Затраты на производство одной тонны пшеницы в той же Германии за год увеличились на 20%, а то и 30%».

Во-вторых, готовые удобрения тоже в дефиците, ведь среди ключевых производителей добавок — страны Ближнего Востока.

Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности: «Катар, Иран, Саудовская Аравия. Суммарно на страны, которые оказались заперты внутри Персидского залива, приходилось около 40% производства карбонита, тех самых азотных удобрений».

Этот кризис коснется всего земного шара, ведь он приходится на начало сезона. Сейчас по всему Северному полушарию идет посевная кампания. Среди самых уязвимых стран, кроме Европы, конечно, Индия, Бразилия, Австралия, Таиланд, США Турция. Каждый четвертый мешок удобрений в Кении привозился с Ближнего Востока.

Элизабет Ванги, фермер из Кении: «В прошлом году дефицита не было, а сейчас перед складами скапливаются очереди, каждому дают по паре мешков, чтобы хватило на всех».

Пока зачинщик кризиса Дональд Трамп на лужайке у Белого дома рассказывает фермерам об успехах армии США в Иране и хвастается золотым трактором, его сторонники удивляются ценам на аммиачную селитру. Она теперь стоит больше 1000 долларов. Тут, кроме цены, важен еще один фактор — время. Даже пара дней задержки, не говоря уже о месяце, могут решить судьбу всего урожая.

Практически на каждом этапе роста растений аграрии добавляют минеральные удобрения. Сейчас идет подготовка поля к посеву, в почву добавляют сложные удобрения, содержащие азот, фосфор, калий. Для выращивания кукурузы добавляют сульфоаммофос, а потом по мере роста нужны еще подкормки — азотные удобрения и микроэлементы вроде магния, цинка, марганца. Агроном с 40-летним стажем Иван Когай буквально на пальцах объясняет разницу между урожаем с использованием удобрений и без.

Иван Когай, главный агроном предприятия: «Если брать без удобрений и выращивать даже на орошении кукурузу, то в целом там 150–200 центнеров, больше мы не возьмем. Применяя удобрения, мы можем сделать до 1000 тонн».

Агроном, подобно шеф-повару, в дорогом ресторане должен точно рассчитать дозу приправы, только вместо перца и соли — удобрения. Волгоградская область — зона рискованного земледелия, нюансов здесь много. Почвы — светло-карие, глинистые, для хорошего урожая нужно добавлять азотные удобрения.

Иван Когай: «Удобрения все российского производства, из-за границы ничего не возим. В полном ассортименте все есть, а нам больше ничего и не нужно».

На ферме под Волгоградом насчитывается 10 тысяч голов скота. Большая часть земель используется как раз для выращивания корма для них. Сажают ячмень, кукурузу, люцерну. Здесь работает эффект домино: если нет удобрений — плохой урожай, плохой урожай — низкая кормовая база для животноводства. Соответственно, кризис разрастается. В ООН бьют тревогу: мир на пороге катастрофы.

Карл Скау, заместитель исполнительного директора Всемирной продовольственной программы: «Фактически наш анализ показывает: если конфликт на Ближнем Востоке продолжится до июня, еще 45 миллионов человек могут оказаться в состоянии острого голода из-за роста цен. Это приведет уровень мирового голода к рекордному максимуму за всю историю. Это ужасная, ужасная перспектива».

Что же делать? Самый логичный вариант — искать альтернативы, ведь ближневосточные удобрения можно заменить.

Игорь Юшков: «Альтернатива — это просто производство таких же удобрений на других рынках, но опять же там они просто будут дороже, да и быстро нарастить объемы производства тоже будет невозможно».

Россия тут, конечно, в выигрышном положении. Во-первых, мы сами себя обеспечиваем всеми удобрениями. Во-вторых, из-за ситуации на Ближнем Востоке спрос на минеральные добавки с логотипом Made in Russia растет, а вслед за ним — акции компаний-производителей.

Игорь Юшков: «Россия — страна-экспортер. То есть, наоборот, мы хорошо сейчас зарабатываем на этом. Мы зарабатываем за счет того, что и энергоносители выросли в цене, в том числе газ, из которого делаются в других странах азотные удобрения. И наши азотные удобрения, в общем-то, тоже мы экспортируем по более высоким ценам, соответственно, и компании, и государство за счет этого зарабатывают».

Удачным начало сезона стало и для белорусских производителей удобрений. С одной стороны, во всем мире вырос спрос, с другой — Соединённые Штаты недавно сняли ограничения. Гомельский химзавод выпускает более 50 типов добавок. В год здесь производят около миллиона тонн минеральных удобрений. География экспорта — больше десятка стран.

Дмитрий Черняков, директор химического завода: «Основной покупатель наших удобрений — это сельскохозяйственные организации Республики Беларусь. Их у нас очень много, практически все пользуются именно нашими удобрениями. Также это 50% всего объема выпускаемой продукции. Вторая половина уходит на ближнее и дальнее зарубежье».

Чем выше мировые цены, тем больше соблазн продать все за границу и заработать.

Игорь Юшков: «Вот вопрос в том, чтобы государство все-таки удержало цены, чтобы они оставались доступными удобрениями на внутреннем рынке. Если это все хлынет на экспорт, то и на внутреннем рынке точно так же цена поднимется. Поэтому здесь важен вопрос грамотного регулирования».

Перекрытие Ормузского пролива разрушило логистические цепочки, которые выстраивались десятилетиями. Перестройка не бывает бесплатной, просто счет обычно приходит не тем, кто ломает, а тем, кто покупает.


Источник: ntv.ru